Альпинист

Мы на высоте 3800 метров. Погода великолепная. Солнечно. По дороге увидели Эверест (8800) и Ама Даблам (6200). Ама Даблам – символ Гималаев и действительно самая красивая гора Гималев. А Эверест – третий полюс Земли. Впечатление было такое, что Ама Даблам выше, чем Эверест. Посмотрели на карту. Эверест находился в 30 км, Ама Даблам в 15 километрах от нас.

Да. Иногда Великое кажется меньше, чем на самом деле. Особенно в сравнении с Красивым. Но от этого Великое не перестает быть Великим. И нет надобности в том, чтобы все знали о его величии. Если бы не наш шерпа, который оказался поблизости, мы, так же как идущая рядом группа из Великобритании, не узнали бы, что проходим мимо самой великой и большой в мире высоты. Мудрому человеку не надо держать больших и красивых речей, чтобы показать, что он мудрый.

Красота вокруг изумительна.

Как часто мы проходим мимо, не обращая внимания на окружающую нас красоту! Как часто мы галопом скачем по своей жизни, тратя лучшие свои годы впустую! Я вспомнил сцену из одного фильма, которую я видел в молодости. Мальчик на осле идет по поляне. Вдруг осел останавливается и отказывается дальше двигаться. Мальчик тщетно толкает его. Наконец осел стал как вкопанный. Мальчик собирает охапку сена, привязывает к длинной палке и держит веревку с сеном перед его носом, сидя верхом. Осел, в конце концов, стал следовать за сеном. Скоро поляна остается позади. Мальчик размышляет вслух: «Эх ты, осел. Мы люди тоже, как и ты. Всю свою жизнь идем за охапкой сена. Под конец жизни оглядываемся и с удивлением обнаруживаем, что вся поляна осталась позади».

Поразительным образом природа здесь наполнена красотой, как на макро-, так и на микроуровне. Стоит сделать паузу и оглянуться: разве не прекрасна наша жизнь? Но ведь мы не останавливаемся даже на миг! Работа, дом, телевизор, а там – взрывы, грабежи, кризисы, войны. Почему мы не угомонимся и, наконец, не начнем жить? Как долго мы еще будем бороться, совершать революции и перевороты? Когда мы перестанем существовать в сериалах и начнем радоваться собственной жизни, замечая мелкие цветочки нашей жизни, по которым мы ходим? Пока я был занят наблюдением за ходом перестройки, моделями социализма, затем распадом СССР, обустройством России, путчем, передачей власти одними президентами другим и связанными с этими событиями волнениями, а в промежутках – переживаниями за взрывы домов мирных жителей, захват заложников то в больнице, то в театре, то в школе, сколько годов вычеркнуто из моей жизни? Да и вашей тоже? Ведь каждое такое событие приковывало нас всех ежедневно к телевизору! А в это время дети выросли так быстро и так незаметно, что я и теперь к ним обращаюсь уменьшительно-ласкательно, то называя их моими сладкими, то бубликами.

Мне и сейчас по утрам кажется, что вот-вот откроется дверь, и в нашу спальню прибегут два маленьких кудрявых сладких мальчика и поцелуями своими разбудят нас. Вместо этого я с большим трудом бужу их в институт. А потом, когда их нет, включаю видеозапись с их детством и смотрю часами, слушая их детские голоса. Я вспоминаю, как они плакали, когда я уходил на работу. А когда я возвращался домой поздно вечером, они выбегали встретить меня, радостно кричали и, перебивая друг друга, уже с порога рассказывали мне стихи и сказки, которые они в течение дня узнали от мамы. Я помню, как часами показывал им диафильмы, озвучивая то животных, то овощи, вкрапляя в речь героев свои назидания. Они часто засыпали у меня на руках, и я, уставший, засыпал вместе с ними. Сегодня они уже вполне самостоятельные симпатичные люди, со своими заботами, друзьями. Теперь у них не хватает времени на нас.

Здесь в горах, именно сейчас, я искренне понял, как прекрасен сам путь, а не только достижение пункта назначения (цели). Кто этого не понял, он долго еще не увидит мелкие и красивые цветочки, по которым он ходит, бессмысленно пытаясь достигнуть пункта назначения. «Не дороги (цели) важны, а то, что внутри нас, что заставляет выбирать нам эти дороги», – говорил герой рассказа О-Генри «Дороги, которые мы выбираем». Процесс достижения результата не менее важен, чем сам результат. И в малом можно найти великое, а кажущееся великое может оказаться пустым.

После восхождения на 3880 метров мы спустились на 80 метров в равнину, находившуюся в котловине гор. Дома здесь не были похожи на те, что мы видели.

Это скорее были современные поселковые дома. Но здесь интересны дворики с каменными заборами. Местные ребята в возрасте 18-20 лет переносили камни специальным устройством, сделанным из дерева, на спине по 3-4 камня на «оптовую базу», а оттуда уже по дворам. Забор, так же как и дома, построен без цемента. Камни укладывают друг на друга. Но при строительстве домов камни до такой степени обрабатывают, что они крепко стоят на своих местах. Во дворах и огороженных участках посажен картофель. Мы здесь не увидели ни одного признака механизации труда. Порой складывается впечатление, что мы вне цивилизации. И когда Влад наткнулся на фонарный столб, он быстро достал фотоаппарат и сделал его фото. Тут же мы встретили надпись, указывающую на возможность пользоваться Интернетом и спутниковой связью. Удивительное место: цивилизация и ее отсутствие сосуществуют.

Подниматься становилось сложнее. Быстро навалилась усталость. У нескольких наших товарищей в группе появились головные боли. Ежедневно профилактически принимаем аспирин, аскорбинку, едим чеснок.

Подождали всех. Некоторые члены группы по дороге свернули в панорамную гостиницу «Эверест» и были восхищены увиденным. Оттуда открывался прекрасный вид на Эверест. Саша Андреев даже захотел в шутку остаться там. Группа в шутку ему этого не позволила. А как же без Андреева?

Love is only chatter
Friends all that matter.

Что означало: «Любовь – болтовня, дружба – вот что важно!»

Малашкин попросил меня перевести надпись на картинке. Зная о том, что он обожает свою жену Оксану, я не стал переводить. Сказал, что этих слов не знаю. Уж больно картинка была красивая. Я не хотел, чтобы Саша убрал картинку, да и место картинки тоже оставалось бы пустым.

Саша как-то рассказывал мне эпизод из своей жизни, как он до свадьбы поехал к Оксане на велосипеде из Волгограда в Качалино – 70 километров, где она была на Трехостровной в стройотряде.

Я спросил:

– Почему на велосипеде?

Саша сказал:

– Это было быстрее, чем пешком…

Когда он подъехал к Дону, паром уже уехал. Он спрятал велосипед в кустах, переплыл Дон, завернув одежду в целлофан, тщетно рассчитывая, что одежда у него не намокнет. В этот день Малашкин не смог найти Оксану, и ему пришлось переночевать в стоге сена. На следующий день они встретились.

Я знаю Сашу почти 10 лет и постоянно вижу, с каким трепетом, огромной любовью и большим уважением он относится к Оксане. У них трое прекрасных детей, и они на этом не остановятся...

Всем в комнате Саши места не хватило, и тут он откуда-то принес настоящий унитаз, поставил на него доску, и они с Игорем разместились на унитазе. На фото, сделанном тут же, складывалось впечатление, что наше сборище проходит в туалете.

Мы пропустили обед, но веселье того стоило. Володя Галаганов научил Костю приемам принятия чистого спирта внутрь. Даже Саша Андреев решил на себе испытать этот прием. Оказалось, что воспроизводимость метода хорошая, раз уж два человека сразу смогли им воспользоваться, точно следуя указаниям Галаганова, и без последствий выпили чистый спирт. Володя Галаганов сказал, что пьет, чтобы чувствовать вкус напитка, и в данный момент он хочет выпить именно водки. Я вспомнил «Записки нарколога» Андрея Макаревича, где он с юмором пишет, что из всех напитков самый честный напиток – это водка. Тогда как все остальные напитки, лицемерно прячась за вкусом, в конце концов, приводят человека к опьянению, водка, не имея привлекательного вкуса, сразу приводит к опьянению и сразу достигается поставленная цель.

Костя, он же Киборг, привез с собой 15 литров спирта в горы! Впоследствии мы все над ним смеялись. Это, наверное, было рекордное количество спиртного, когда-либо привезенное в горы разумными людьми. Бросать спирт не хотелось, а отдать было некому.

17 часов местного времени, и мы сидим в кафе. Часть группы играет в преферанс. Время от времени общая касса пополняется вкладами победителей, несмотря на наши возражения. За это мы их назвали кормильцами. Первым подал такой пример Влад, внеся 400 долларов в общую кассу. За другим столом Имам выигрывал у всех подряд в нарды. Еще бы. Ведь это их почти национальная игра. За это его давно назвали Гуру. Вообще у Имама Аббасовича Джафарова самое большое количество прозвищ: Петрович, Гуру, Карабас, Кэмел. Все они используются в соответствующих ситуациях. Во время игры в нарды он Гуру; когда он плетется сзади и приходит через два часа, после того как все уже давно пришли, – Кэмел; в обычных условиях – Петрович; для выражения недовольства – Карабас. И на все эти прозвища этот талантливый и крупный бизнесмен, который владеет несколькими эффективно работающими заводами, откликается охотно. Все это время мы слушаем то «Любэ», то Высоцкого. Я вздрогнул, когда услышал «Звездочку» в исполнении ансамбля «Цветы». С этой песней у меня много воспоминаний из далеких семидесятых.

Несколько слов о питании. Непальцы для себя хлеб не пекут и привозят для туристов. Хлеб белый и невкусный. В обед мы ели либо чесночный, либо куриный, либо грибной суп. На второе – жареный рис или картошка, или макароны, или жареные пельмени. Пару раз попробовали стейк из яка. Вкус как у говядины, но мясо немного сухое. На вечер заказывали блины с медом. Местную еду, конечно, можно употреблять. Но самое большое удовольствие нам доставляли обычное сало, колбаса, чеснок, лук, привезенные с собой. Хотя дома я очень редко ем колбасу, но здесь, далеко от дома, этот вкус сокращал расстояние между мной и моей семьей, и от этого я испытывал особое удовольствие.

О гостиницах. Все они однодневные и с разными условиями. Самые дешевые из них – без душа и туалета. Хорошие – с удобствами, но нелегко их зарезервировать, так как большой поток туристов и альпинистов из разных стран. Гамбу обычно идет пораньше, чтобы заранее заказать жилье.

Чем выше в горы – тем хуже гостиницы, которые называются лоджиями. Это каменное строение с фанерными ограждениями. Если кто-то храпит ночью или ворочается, то слышно всем. Туалет на улице, душ – ограждение из фанеры с ведром теплой воды. Умывальник – либо ковш воды, либо кран на улице.

Надо отдать должное всем нашим ребятам, несмотря на то что почти вся команда – это люди с очень хорошим достатком, тем не менее ни разу ни один из команды на условия жизни не жаловался. Каждый знал, куда идет.

Пока ребята играют, мы с Владом Колесниковым ходим по окрестностям. Встречаем местного ламу, на вид лет 70. Он не говорил по-английски и объяснил на своем языке, что он тибетец. Он спрашивал нас: Америко? Как мы ни объясняли, что мы из России, называли Москов, он такую страну так и не вспомнил. Лама нам показал горы Тамзерку и Юла. Мы с ним сфотографировались и попрощались, сказав «донебат». Живут же на свете люди, даже не подозревающие о существовании огромной земли со 140-миллионным населением, со своими крупными проблемами. Он не знал ничего о мировом экономическом кризисе, о резком ежедневном падении курсов акций. Мы решили вспоминать тибетского монаха, когда захотим жаловаться на свои очередные проблемы.

Я рассказал Владу о своих утренних наблюдениях и показал фотографии гор и цветов. Зрелость человека, по-видимому, подумал я, заключается в том, чтобы он одновременно увидел и большие горы, и мелкие цветы своей жизни. Мы с Владом вспомнили притчу, которую рассказал мудрый Мелхиседек молодому Сантьяго в книге «Алхимик» П. Куэльо: «Однажды к мудрому повелителю приходит племянник. Мудрец решает немного поучить молодого родственника. Он дает молодому ложку с двумя каплями оливкового масла и велит, чтобы тот посмотрел его владения и при этом не разлил масло из ложки. Через некоторое время племянник возвращается. Мудрец спрашивает: видел ли ты, о мой мальчик, мои персидские ковры? Молодой человек отрицательно кивает головой. Тогда мудрец спрашивает об оружейной комнате, о трофеях, привезенных из последнего боя. И каждый раз юноша кивает отрицательно, указывая на неразлитое масло в ложке. Мудрец посылает молодого в новый поход. На этот раз родственник возвращается радостный, полный впечатлений. Мудрец посмотрел на его пустую ложку и сказал, надо жизнь прожить так, чтобы и масло в ложке не ронять, и все вокруг увидеть».

Мы вернулись к ребятам и узнали новую информацию. В течение трех дней мы будем ходить по 12 часов в день и останавливаться на ночлег с худшими условиями. Гамбу сказал, что маршрут, который мы будем проходить за 11 дней, другие люди обычно проходят за 16?18 дней. Завтра утром в 6.15 завтрак, и в 7 часов – в дорогу.