Бизнес - это не игрушка

Наталия Ермилова

Говорят, степень процветания государства пропорциональна количеству работающих башенных кранов. Кризисный период довольно ощутимо снизил количество строек как в Волгограде, так и по всей России. Однако не только кризис внес свои коррективы. Закон о Саморегулирующихся организациях или, проще говоря — СРО, окончательно привел строительный рынок в уныние. О том, как жить строителям после СРО и перспективах развития бизнеса в целом корреспондент «ДВ» беседует с директором «Волгоградской строительной компании» Александром Белокопытовым.

Кризисные коррективы

— Александр, ваша компания поменяла сферу деятельности. Таким образом, вы нашли путь выхода из кризиса. Что, с появлением СРО стало тяжело?
— Но не из-за того, что пришло СРО. СРО — это то, что добивало небольшие строительные организации, такие как мы. Проблемы начались раньше, из-за надуманного и распущенного Америкой кризиса.
Денег у инвесторов, да и в частном строительном секторе, заметно поубавилось. Единственный сектор, где они оставались — это бюджетные заказы. Вот и ввели норму, по которой участвовать в конкурсах на бюджетные госзаказы смогли только члены СРО. Естественно, крупным строительным игрокам такая ситуация была очень выгодна. Ведь раньше было как: существует в Волгограде тысяча стройпредприятий с лицензией, и вся тысяча подает заявку на участие в конкурсе. Маленькие конторы демпингуют, снижают цены, потому что знают, что в любом случае останутся с прибылью. А большие себе этого позволить не могут — слишком велики расходы. А СРО «почистил» рынок, выкинул маленьких игроков, очищая путь для гигантов. Ведь вступительный взнос в размере от 300 тысяч рублей до миллиона смогли заплатить далеко не все «малыши».

Про СРО

— Давайте подробнее поговорим про СРО.
— Несмотря на то, что это некоммерческая саморегулирующаяся организация, в ней присутствует коммерческая составляющая, а, значит, и чьи-то частные интересы. Закон создавался так: от 50 до 100 строительных организаций (в каждом регионе по-разному) должны были объединиться и создать СРО, выбрать руководителя и внести вступительные взносы в сумме от 300 тысяч рубелей до миллиона рублей. Потом каждый год члены СРО должны уплачивать небольшие взносы ?— примерно 100 тысяч рублей.
— Значит, это чей-то материальный интерес?
— Нет, дело не в этом. Больших денег это не принесет. Ну, заплатили строители вступительные взносы и все. Ежегодные взносы не так велики, как раз на «поддержание штанов», созданному СРО.
— Так в чем тогда был смысл?
— У нас было много случаев, когда обманывали дольщиков и пайщиков. И тогда государство заявило, что нужно создавать стабилизационные фонды, вкладывать в них деньги и делать ответственным за происходящее строителей. Задумка была такова: есть сообщество строителей и, если кто-то из этого сообщества не выполнил своих обязательств перед дольщиками и пайщиками, то все сообщество должно компенсировать людям затраты. А на деле получился просто пустой звук. Например, в нашем городе 500 организаций, которые скинулись по миллиону. В фонде СРО получилось 500 миллионов рублей. В строительной сфере — это не деньги. Один дом стоит порядка 500 миллионов. То есть, обманули пайщиков одного дома, им эти 500 миллионов раздали. А дальше что? Ничего! Тем более, само СРО должно на что-то существовать. Простая математика показывает, что вся эта затея не стоит выеденного яйца. Сейчас СРО работает первый год, и пока особых преимуществ не наблюдается.

Перспективы есть всегда

— Александр, насколько я знаю, вы сменили деятельности, найдя другую нишу в бизнесе. А как дела с другими маленькими строительными организациями? Многие выжили?
— На самом деле, выжили многие. Одни до минимума сократили свой штат, другие — ушли в подполье и стали работать за такие деньги, за какие раньше не работали даже гастарбайтеры. Я знаю некоторых строителей, которые сейчас в буквальном смысле слова работают ради работы. Они выжидают, надеясь, что что-то изменится, и, старясь хоть как-то остаться в этом сегменте.
— А тех, кто поменял направление деятельности много?
— У меня статистических данных нет, но я думаю, достаточно. Мы с моим компаньоном Евгением Чугаевым, например, ударились в торговлю (смеется). Сейчас открыли продовольственный магазин. В планах — открытие частной гостиницы. Мы пока приобрели только помещение и заказали дизайн-проект. Все остальное — дело времени и немалых средств.
— Александр, как вы думаете, у малого и среднего бизнеса в нашем городе есть перспективы?
— Конечно. Перспективы есть всегда.
— Какие, по вашему мнению, направления в бизнесе могут быть самыми выигрышными?
— Честно скажу, при наличии денег можно заниматься чем угодно. А вот придумать что-то новое, уникальное уже достаточно сложно. Изобрести велосипед не получится. Времена, когда хорошие идеи лежали на поверхности, прошли.
— То есть начать с одной идеи без наличия денег уже не получится?
— Я не хочу быть категоричным. Скажем так, сделать это довольно сложно. Исключения составляют разве что компьютерные и нанотехнологии, а также научные разработки и изобретения. Здесь еще можно придумать что-то такое, что не только будет приносить доход, но и сможет перевернуть весь мир. Поэтому в инновационном бизнесе перспектив еще очень много, а вот в торговле что-то новое придумать уже невозможно. В секторе развлечений — то же самое. Единственный отрасль, в которой можно и сейчас отлично развиваться, — это рынок услуг. Даже без первоначальных вложений. Здесь все зависит от человека, который начинает бизнес.

Не нужно помогать — лучше не мешайте

— Александр, а какие основные ошибки совершают начинающие предприниматели? Какие шишки набивали вы?
— Свою карьеру в строительной отрасли я начинал в качестве наемного работника. Тогда я и набил все свои шишки. Начав работать на себя, я учитывал прежние ошибки и старался их не совершать. Но и в облаках никогда не витал. У меня есть знакомые, которые хватаются за какие-то проекты, тратят кучу денег, а потом понимают, что они ошиблись. Если же говорить в общем, наблюдая со стороны, то я вижу одну большую ошибку, свойственную многим начинающим бизнесменам. Люди только регистрируют ИП или ООО, но уже чувствуют себя директорами, наивно полагая, что одного этого достаточно, чтобы деньги посыпались в карман. При этом человек еще ничего не сделал и даже не знает, что будет делать, а амбиции уже хлещут через край. И вот такие «бизнесмены» быстро проедают весь свой запас и идут становиться на биржу труда.
— Что конкретно мешает бизнесу развиваться?
— Непостоянство, люди просто не видят завтрашнего дня, не уверены в нем. Сегодня человек знает, чем он будет заниматься, потому что в его портфеле есть заказы. Завтра портфель пустеет, и бизнесмен оказывается в тупике. Денег на новый бизнес нет: все было вложено в старый. Приходится заново искать «место под солнцем». Именно по этой причине многие предприниматели стараются не вкладывать в развитие собственного дела, не расширяют штат, не работают на свое имя.
— Александр, а какие законы, на ваш взгляд, должны быть приняты, чтобы бизнесу стало хорошо?
— Законы... Да в не законах дело, их в нашей стране хватает. Если человек занялся бизнесом, а дело не пошло, не нужно валить все на законы. Еще раз подчеркну, первая проблема — это нестабильность. Например, развитие строительного рынка — это показатель развития государства и стабильного экономического положения. Когда приезжаешь в город и видишь, что везде работают башенные краны, все сразу понятно. Город развивается, в городе есть деньги, в городе все хорошо. А вторая проблема — это несерьезное отношение к своему бизнесу или отсутствие необходимых, я бы сказал, бойцовских качеств. Прежде чем идти в бизнес, человек должен осознать, что это не игрушка. Это — тяжкий труд и очень большая ответственность. При правильном подходе и при хорошем стечении обстоятельств бизнес может стать и прибыльным, и процветающим.